instagram (1)
Министерство
Министерство
Деятельность
Деятельность
Контакты
Контакты
Размер шрифта:
a
a
a
Цвета сайта:
ц
ц
ц
Изображения:
Настройки
Настройки шрифта:
Выберите шрифт Arial Times New Roman
Интервал между буквами (Кернинг) Стандартный Средний Большой
Выбор цветовой схемы:
Черным по белому
Белым по черному
Темно-синим по голубому
Коричневым по бежевому
Зеленым по темно-коричневому

Интонационная лексикография сцен и сюжетов музицирования в детской фортепианной музыке

Интонационная лексикография сцен и сюжетов музицирования в детской фортепианной музыке

Регион: Самарская область

Категория: Научная статья

Д. И. Баязитова (Тольятти)

Интонационная лексикография сцен и сюжетов музицирования в детской фортепианной музыке

Кандидат искусствоведения, профессор,

Тольяттинская консерватория

Признание за музыкой статуса языка и речи по-прежнему позволяет решать многие проблемы музыкознания. К одной из таких актуальнейших проблем принадлежат вопросы теории и практики творческого взаимодействия исполнителя с музыкальным текстом. Суть данной проблемы заключается в том, что при безоговорочном приоритете содержания относительно принятой в отечественном музыкознании дихотомии «содержание-форма» наиболее изученной оказывается форма. В данном случае форма понимается в широком смысле: она включает в себя учения о гармонии, полифонии, мелодике, ритмике, композиции произведения. Названные учения получили широко разработанный понятийный аппарат и прочно утвердившуюся методологию исследования, в результате чего достижения отечественного музыкознания приобрели повсеместное признание. В то же время ориентированность полученных знаний на грамматические составляющие музыкального текста привела к тому, что исполнительская практика и наука о музыке оказались дистанцированными друг от друга.

Отсутствие разработанной системы понятий, категорий, предназначенных для анализа содержания, до недавнего времени не позволяло судить о его глубинной логике, так как изучение грамматических и синтаксических норм языка (интервалов, аккордов и формообразующих конструкций) не могло быть базой для составления объективного и грамотного мнения об образно-содержательном аспекте произведения. Но исполнительская практика не может существовать без выявления содержания, поэтому мнение о нем составляется либо на уровне интуитивных находок, либо ссылками на авторитетные высказывания выдающихся мастеров фортепианного искусства. Степень адекватности интуитивных предположений авторскому замыслу находится в прямой зависимости от личных качеств музыканта: чем «выше» исполнитель, тем убедительнее выглядит его версия. В музыковедении же анализ содержания принимает вид художественного его описания, без конкретизации и расшифровки смысловых структур.

Особенно важным представляется применение техники семантического анализа на самых ранних этапах знакомства учащихся с музыкальным искусством, так как именно в это время непонимание смысла произведений способно привести в будущем к пассивной позиции музыканта в создании исполнительских решений. Процедура трактовки содержания часто сводится к копированию, воспроизведению версии, созданной педагогом. Применение техники семантического анализа позволяет предложить начинающему пианисту надёжный инструмент для совместного с учителем поиска интерпретаций образно-смысловой стороны произведения. Разработка категорий содержания как инструмента его описания и поиск специфических для музыки методов анализа являются важнейшими задачами современного музыкознания таким образом и по этой причине.

Настоящая статья находится в русле исследований, посвящённых изучению функционирования семантических фигур в контексте музыкальной темы. В работе продолжена традиция изучения их роли в механизме порождения смысла музыкальных текстов. Исследование смысловой организации музыкального текста невозможно без обращения к основополагающему понятию семантического анализа интонационной лексике, суммирующему представления об интонационном словаре композитора и созданного им произведения. На материале произведений фортепианного репертуара начальных классов ДМШ исследуется лексикография[1] наиболее распространенных семантических фигур и их роль в расшифровке содержания авторского текста.

Знаки-образы музыкальных инструментов

Значительную часть детского репертуара составляют пьесы, содержащие фактурные клише различных музыкальных инструментов, воспроизводящие особенности их звукообразования. Зачастую такие пьесы имеют заголовок, раскрывающий образ инструмента, звучание которого имитируется в данном произведении. Композиторы разных эпох постоянно обращаются к образам духовых, струнных, ударных инструментов, так как именно эти музыкальные инструменты являются характерной приметой национального быта, а, значит, могут служить основой для создания образов народного характера. «Интонационные стереотипы, сформировавшиеся в конкретной музицирующей бытовой обстановке (наигрыши, характерные формулы аккомпанементов, басовые переборы, бурдоны) представляют собой группу знаков-образов, прямые значения которых репрезентируют ситуацию музицирования, место, действия. Благодаря этому они служат цели воспроизведения аналогичных ситуативных действий в колоритных жанровых сценах деревенских праздников (в русской музыке – ярмарочного веселья), придворных ритуалов, пасторалей и картин природы» (4, С. 57)

Ударные инструменты

Первичный опыт музицирования ребенка традиционно связан с использованием ударных инструментов, так как приемы игры на них наиболее просты и доступны для детей. В пьесах, изображающих эти инструменты, обычно все семантическое пространство заполнено их музыкальными знаками. Структура «фигуры ударных инструментов» обычно представляет собой диссонирующие созвучия, которые должны изображать нефиксированную высоту барабанов, бубнов и других инструментов. Главным свойством таких семантических фигур становится воспроизведение ритмического остинатного звучания. Наличие семантических фигур в произведении в соединении с маршеобразным характером движения указывает на типичные ситуации формирования прямых значений – военные парады, торжественные церемонии, которые воспроизводятся в детской игре.

Гармошки

Обширную группу в детской фортепианной музыке представляют произведения отечественных композиторов, в которых нашли отражение образы русских народных музыкальных инструментов – гармошек, балалаек, колокольчиков-бубенцов. «В интонационных стереотипах гармошечных наигрышей встречаются два вида формул. Один представляет собой мелодическую модель, второй – басовые переборы» (4, С. 68). Например, в пьесах Г. Свиридова «Парень с гармошкой» и В. Гаврилина «Одинокая гармонь» на нижней строке выписана интонационная формула «басовых переборов». В этих примерах на протяжении всего произведения используется формула «бас-аккорд» со сменой гармонических функций в границах одного такта. Несмотря на совпадение семантических фигур, лежащих в основе содержательной стороны произведений, воздействие регуляторов противоположного наклонения (темпового и динамического) определяет различие в характерах героев произведений. «Парень с гармошкой» благодаря динамике ff приобретает удалые, бесшабашные черты. В произведении В. Гаврилина остинатный повтор семантической «фигуры переборов» в неторопливом темпе и минорном ладу способствуют созданию картины деревенского вечера, овеянного настроением легкой грусти. Мелодическая линия содержит сигнал. Ремарка композитора придает сигналу значение страстного призыва, что соответствует народному жанру частушек-страданий.

«Знак бурдона»

Особенно широкое распространение в детских пьесах на раннем этапе обучения получил так называемый «знак бурдона», имитирующий звучание народных инструментов – волынки, кобзы, мюзета, скрипки, бубна или шарманки. Эта интонационная формула по структуре представляет собой органный пункт квинты или октавы. При этом могут быть использованы различные ритмические и мелодические его модификации. Наиболее часто «знак бурдона» выступает в своем прямом значении как изображение народного инструмента и как сюжетно-ситуативный знак, указывающий на место действия. В этих случаях он обычно помещается в нижний пласт фактуры, создавая неизменную «гудящую» основу для развития одноголосной мелодии, располагающейся в верхнем слое фактуры. Подобный тип фактуры воспроизводит реальное звучание инструмента. Структура интонационной формулы представляет собой интервал квинты, изложенный крупными длительностями, часто залигованными через одну или несколько тактовых черт.

Достаточно часто в детском репертуаре встречаются пьесы, где через прямое значение «знака бурдона» воплощается образ какого-либо народного инструмента. Обычно название таких произведений содержит прямое указание на присутствующий в тексте знак. Так, в пьесе Н. Владыкиной-Бачинской «Волынка» «знак волынки» присутствует в крайних частях в виде инварианта. В начале второго периода (такты 9-12) выявляется имитация звучания ансамбля инструментов деревенского оркестра, которые исполняют реплики в октавном удвоении. В целом, сочетание семантических фигур, являющихся изображением разных инструментов, указывает на присутствие в тексте сцены музицирования.

Подобный тип оппозиции можно обнаружить в одноименной пьесе И. С. Баха из «Нотной тетради А. М. Бах».

Прямое значение «знака волынки» характерно для музыкального текста произведения Л. Моцарта «Волынка». Здесь, в отличие от предыдущего примера, он обнаруживается в средней части (такты 9-12). Использование контрастной динамики позволяет выявить смысловую структуру диалога, реплики которого распределены между двумя инструментами одно вида. В крайних частях произведения изображается звучание других инструментов деревенского оркестра, образуя в сочетании с «сольным» эпизодом волынки, сцену музицирования.

«Знак бурдона» в прямом значении может быть изображением других струнных инструментов или даже ударных разных национальностей – танбура, дутара, тамбурина, дойры.

Часто бурдон имеет функцию аккомпанирующего инструмента в сценах ансамблевого музицирования.

Семантическая «фигура бурдона» в музыкальном тексте может выполнять роль ситуативного знака, то есть указывать на место и обстановку, где происходит действие. Это может быть пастораль, крестьянский праздник, деревенский быт и так далее.

Распространенным случаем для детской музыки становится привлечение знака бурдона в музыкальные тексты, являющиеся обработкой народных песен. Здесь эта семантическая фигура также выполняет роль сюжетно-ситуативного знака. В таких произведениях чаще всего используется изображение «тянущегося» звука народного инструмента. При этом каждая национальная культура под неизменной структурой «знака бурдона» будет подразумевать разные инструменты – струнные, духовые, ударные. структура.

«Знак бурдона» в музыкальных текстах может быть знаком странствий. В роли странников выступают музыканты, играющие на музыкальных инструментах. Бурдон может расшифровывается и как «знак пустыни». То есть разновидности одного и того же знака выполняют в музыкальном тексте разные функции. С одной стороны, они указывают на место действия, с другой – на сюжет, то есть на происходящее действие.

Семантическая фигура преобразуется в общие формы движения и приобретает грамматическую функцию. Именно такую функцию «знак бурдона» выполняет в «Народном танце» Бетховена.

Знаки-образы сюжетов ансамблевого музицирования

Частым случаем является воспроизведение при помощи семантических фигур сюжетов ансамблевого звучания инструментов как представителей одного, так и разных видов.

Соло и ансамбль

В тексте некоторых произведений детского фортепианного репертуара встречается изображение оркестрового звучание, где солирующие инструменты сочетаются с ансамблем инструментов, выполняющим аккомпанирующую роль подобно партии continuo в барочном оркестре.

В детской фортепианной музыке нашли отражение интонационные формулы, воссоздающие образы звучания различных музыкальных инструментов или различных составов оркестров и ансамблей. Принцип вхождения в художественный текст интонационных формул напрямую связан с реальными условиями существования музыкальных инструментов –буднями и праздниками сельского или придворного происхождения. В этом случае семантические фигуры становятся прямыми знаками реальных ситуаций.

Наиболее часто встречающиеся, имеющие статус мигрирующих интонационных формул, в терминологии Л. Шаймухаметовой приобрели названия «знака бурдона», «знака свирели» и «знака наигрышей народных инструментов». Кроме прямых значений изображения музыкальных инструментов интонационные формулы в музыкальных текстах становятся основой для формирования переносных значений вплоть до отражения представлений эпохи о различных сторонах бытия.

Следует отметить, что образы, создаваемые присутствием в музыкальном тексте интонационных формул музыкальных инструментов, оказываются наиболее популярными в детском репертуаре, так как, с одной стороны, они отражают неабстрактную, предметную реальность, понятную каждому ребенку, а с другой стороны, становятся отправной логической точкой в освоении сложных мировоззренческих систем музыкальной культуры.

Литература

1. Баязитова Д. И. О семантической связи заголовка и смысловых структур музыкального текста (на примерах пьес детского фортепианного репертуара) // Проблемы музыкальной науки. – 2008. – № 1 (2). – С. 210 – 213.

2. Кириченко П. В. Интонационные этюды в классе общего фортепиано: методическая разработка. – Уфа: Лаборатория музыкальной семантики УГИИ, 2001. – 23 с., нот

3. Смирнов М. А. Русская фортепианная музыка: черты своеобразия. – М.: Музыка, 1983. – 336 с., нот

4. Шаймухаметова Л. Н. Семантический анализ музыкальной темы. – М.: РАМ им. Гнесиных. – М., 1998. – 265 с.

5. Шаймухаметова Л. Н., Кириченко П. В. Интонационные этюды в классе фортепиано: уч. пособие / УГАИ: Лаборатория музыкальной семантики. – Уфа, 2002. – 125 с.

[1] Под лексикографией понимаются графические эквиваленты знаковых структур музыкального текста, отражающие смысловые процессы и определенные фазы развития содержательной логики музыкального произведения.

вернуться к списку статей
Дата создания страницы: 14.04.2017 Дата последнего изменения страницы: 24.05.2017
Ответственный за наполнение страницы: Пресс-служба
Яндекс.Метрика